Его детство прошло среди голода, холода, равнодушия родителей и бандитского окружения; он никому никогда не нравился из-за мрачного характера, но его фантастический талант будут помнить всегда. Sport Arena и Новое Время представляют спецпроект о суперзвездах мирового спорта, достигших вершин, несмотря на трудное детство и прочие жизненные испытания.
Хорхе Вальдано похож на Сесара Луиса Менотти не только определенным пониманием футбола, но и склонностью к использованию замысловатых метафор. Когда у Вальдано спрашивают о Рикельме, он на секунду задумывается, морщит лоб, и отвечает: «Если мы хотим попасть из точки А в точку Б, то мы садимся в машину и выезжаем на шоссе, чтобы добраться до цели как можно быстрее. Так бы поступили все – но не Рикельме. Он бы выбрал извилистую горную тропу, преодоление которой занимает несколько часов – и только ради того, чтобы увидеть красивые пейзажи».
Есть ли красивые места в Сан-Фернандо, провинция Буэнос-Айрес, 28 км к северу от столицы? Конечно, ведь этот город, где живут полтораста тысяч человек, называют «Морскими воротами Аргентины». Но все-таки Сан-Фернандо больше известен своими уличными бандами – такими «отмороженными», что в нынешнем году они не остановились даже перед ограблением Хосе Бергольо, племянника Папы Римского. И это несмотря на то, что в Аргентине молятся всегда – даже «бандитос» перед выходом на «дело».
Отец маленького Хуана Романа состоял в одной из этих банд, впрочем, сам Хуанито узнал об этом много позже. Он появился на свет 24 июня 1978 года, и надо сказать, что множество женщин из Сан-Фернандо пытались в этот день всеми известными и доступными способами форсировать роды – назавтра Аргентина играла финал чемпионата мира против Нидерландов, и половина врачей уезжала в Буэнос-Айрес на усиление медицинских бригад, а другая половина, уже заранее разочарованная, готовилась болеть за Альбиселесте по телевизору: в общем, 25 июня персоналу больницы было бы явно не до родов.
Как и все мальчишки из Сан-Фернандо, Хуанито ел и спал с футбольным мячом. Еще в детстве он превосходил всех своих сверстников в умении обращаться с игровым инструментом: на пустыре, где играли в футбол, считалось, что та команда, за которую выступает Роман, уже заранее обречена на победу. Иногда приезжал отец с дружками – не так уж и часто, ибо у него было 11 детей и нервная специализация, подразумевающая постоянное противоборство с полицией, – и делал ставку на своего сына. «Эй, Хуанито! – говорил он. – Я поставил на то, что ты сделаешь хет-трик!» Хуанито выходил на поле и забивал три мяча.
«Это мой сын!» – неслось с импровизированной трибуны.
Его заметили в Архентинос Жуниорс – клубе, одно из прозвищ которого можно перевести на литературный русский как «Колыбель звезд» (прямой перевод с испанского звучит не так романтично, хоть и коррелирует по смыслу – «Семенной сад»). А когда Рикельме стукнуло 18, исполнилась его детская мечта: позвала Бока. Звал еще Ривер, но понятно ведь, что ответит Миллионерам тот, кто болеет за Боку с пеленок, не правда ли? На Бомбонере он очень быстро стал лидером, а с трибун каждый матч скандировали «Роман! Роман!»
Как и в детстве, Рикельме знал только одну единственно верную тактику – командная игра должна была полностью зависеть от него. Он не отрабатывал в обороне, и вообще, без мяча казался крайне неуклюжим. Едва получал мяч… и все менялось? Нет. Рикельме продвигался вперед на не слишком высокой скорости, и иногда даже казалось, что он тормозит атаку. Он выбирал какие-то слишком сложные решения, но черт побери, как это красиво смотрелось! «Десятка» Боки, он обладал филигранным, ювелирным, фантастическим контролем мяча. Это было что-то не из этого мира, по крайней мере, точно не из мира футбола. Думалось, что этот парень перепутал виды спорта, так как подошвой контролируют только маленький мячик для мини-футбола. Он выходил на защитника, делал обманное движение, затем нехотя, с издевательской ленцой, уходил в другую сторону, не спеша обыгрывал еще одного оборонца, и вдруг, словно на секунду проснувшись, выдавал передачу на форварда. Одну из тех передач, которую в футболе называют «конфеткой», потому что она отрезает всю оборону противника, и потому что после нее нужно только не промахнуться по пустым воротам.
Ну, или на крайний случай, суметь пробить мимо одинокого вратаря.
В 2000 году Бока Жуниорс выиграла Межконтинентальный кубок, победив в Токио мадридский Реал. Нжитап, Йерро, Каранка, Макелеле, Роберто Карлос и Иван Эльгера весь матч старались сделать против Рикельме хоть что-нибудь: но все равно ничего не получалось. Рикельме царствовал на поле, в то время как Мартин Палермо с интервалом в три минуты дважды пробил Икера Касильяса. Это была вершина той Боки, а в ее двери уже давно стучались покупатели, стремившиеся заполучить лидера аргентинского клуба – одной из самых настойчивых оказалась Барселона. Рикельме очень ценил комфорт – как в раздевалке, так и на поле, ему было необходимо, чтобы именно он являлся главной примой во всех ипостасях.
В конце концов, именно данное стремление больше всего сближало его с Марадоной: хоть Рикельме и называли наследником «Эль Диего», по манере игры они являлись совершенно разными футболистами. «Десятка» Боки долго думал, и предложение Барсы повисло в воздухе. Все решил инцидент, произошедший в Буэнос-Айресе в апреле 2002 года: бандиты похитили 18-летнего Кристиана, младшего брата Хуана Романа. «Мы найдем этих ублюдков!» – сказали Рикельме в главной фирме Боки «12». «Генералы» этого объединения были тесно связаны с уличными бандами аргентинской столицы. Но атакующий полузащитник сам провел переговоры, сам заплатил 160 000 долларов выкупа, сам встретил и обнял Кристиана, сам поблагодарил болельщиков Боки баннером «Спасибо всем. Рикельме», а через день сам позвонил агенту: «Я согласен перейти в Барсу».
Болельщики Барселоны находились в предвкушении эстетического наслаждения, который они получат после перехода звездного аргентинца, но тренер Луи ван Гаал назвал этот трансфер «политическим» и мариновал Хуана Романа на скамейке запасных. А когда выпускал, то ставил на фланг и заставлял бывшую звезду Боки делать то, чего тот делать никогда не умел: совершать кроссы и отрабатывать в обороне. Рикельме называли одной из ярчайших футбольных звезд своего поколения, но в Каталонии он быстро захирел. Он не имел в команде никакого веса, а после того, как Барса купила бразильца Роналдиньо, Роману посоветовали искать новый клуб. Еще какой-то год назад за ним бы выстроилась очередь из топ-клубов Европы, но теперь Рикельме имел разочаровывающий статус не оправдавшего ожиданий, и охотники на него стали, что называется, пожиже. Он выбрал Вильярреал – команду, два последних сезона приходившую пятнадцатой к финишу испанского первенства. После этого таблоиды окончательно похоронили его карьеру.
В сезоне 2003/04 в Желтой подводной лодке собралось сразу четверо аргентинцев – кроме, собственно, Рикельме в экипаж вошли еще защитники Арруабаррена и Колоччини, а также центрокамписта Батталья. Этот квартет приучал всю остальную команду к мате, драматической музыке из южноамериканских сериалов и царствованию Хуана Романа Рикелмье на футбольном поле. Полузащитник Маркос Сенна на вопрос «В какой футбол играет Вильярреал?» с подкупающей честностью отвечал: «Мы просто ищем Рикельме и даем ему мяч».
Дальше пошло еще круче – на тренерский мостик заступил чилийский специалист Мануэль «Инженер» Пеллегрини. Он освободил Рикельме от обязанности бороться за мяч (этим занимался Сенна, располагавшийся чуть ниже аргентинца по позиции), увеличил представительство аргентинцев в команде за счет прихода Сорина (вместе с ним раздевалку заполонил и аргентинский фолк-рок), Фигероа и Гонсало Родригеса, и, самое главное, настоял на приобретении уругвайского форварда Диего Форлана. В чемпионате Испании 2004/05 Форлан забил 25 мячей, а Рикелмье – 15: эти двое образовали убийственную для соперников атакующую связку. Хуан Роман Рикелмье в интервью Marca TV выглядел точно так же, как и всегда – то есть мрачным и угрюмым, но отметил, что его сердце переполняет радость, так как впервые со времен ухода из Боки у него появился атакующий напарник уровня Мартина Палермо.
Вильярреал дойдет до полуфинала Лиги чемпионов, где уступит Арсеналу. Рикельме мог вывести команду в финал, но не сумел забить пенальти.
Его звали в Манчестер Юнайтед – сразу после злополучного матча с Арсеналом, но он заскучал по родине. В Вильярреале уговаривали-уговаривали, но Хуана Романа ничего не могло больше сдержать в Испании, даже заплаканные лица болельщиков на стадионе Эль Мадригал. Он вернулся в Боку, команду всей своей жизни. За нее он отыграет еще 6 лет, пока в 36-летнем возрасте не вернется в качестве благодарности в воспитавший его Архентинос Жуниорс, для того, чтобы провести 18 матчей в составе Красных жуков.
Рикельме являлся футболистом конфликтным и чрезвычайно зависимым от тренера: в частности, для того, чтобы вести игру, ему требовалось действовать, по сути, на «чистых мячах», только в этом случае его гениальность раскрывалась в полной мере. Поэтому, если ему предоставляли на поле необходимую свободу (как Бьянки, Пеллегрини, Басиле и Пекерман), то он вел игру; если не предоставляли (Бьельса, ван Гаал), то Хуан Роман казался лишь бледной тенью самого себя. В сборной Аргентины все было точно так же – едва возникало недопонимание или конфликт с тренером (Марадона), как все валилось из рук не только у Рикельме, но и у всей команды. В век спешки и суеты, он выглядел атавизмом, живым динозавром от футбола, последней в мире чистой «десяткой», действующей, собственно, как чистая «десятка».
Про него говорили, что он бессердечный, конфликтный и склочный, но все разговоры затихали, как только мяч оказывался в ногах у десятого номера, и он начинал свой неспешный разбег. Он, замкнутый, малообщительный и нелюдимый, никогда бы не занял в сердцах аргентинцев то место, в котором прописался беспокойный гений Диего Марадоны. Рикельме никогда не являлся кумиром как человек – он был кумиром как десятый номер, как футболист выдающегося таланта, как игрок, передвигающийся по полю с приклеенным к ногам мячом. «Я обыкновенный человек, – частенько повторял он. – такой же, как и все с понедельника по субботу. Только в воскресенье, в день матча, я отличаюсь от болельщиков, потому что я на поле, а они на трибунах».
Его именем вряд ли когда-то назовут стадион (арена Архентинос Жуниорс называется «Диего Армандо Марадона»), но все мальчишки в Сан-Фернандо знают, что комфортную футбольную коробку на пустыре построил именно Рикельме – на том самом пустыре, на котором он и сам играл в детстве. У этой «коробки» нет официального названия, но в массах она известна как «Хуан Роман Рикельме».
Источник: sportarena.ua
Добавьте «sportarena.ua» в свои избранные источники ⟶ Google News Подписаться