Лазаренко: «Для меня важно закончить карьеру в Харькове»

Алеся Трофимова, Sport Arena

В нынешнем сезоне Украинской хоккейной лиги 40-летний Алексей Лазаренко – самый возрастной игрок не только клуба, но и всего чемпионата. Игровому опыту нападающего можно только позавидовать. В 1994 году Лазаренко был выбран на драфте НХЛ в седьмом раунде под общим 182-м номером Нью-Йорк Рейнджерс, затем были несколько сезонов в одной из сильнейших молодежных лиг Канады – юниорской хоккейной лиге Квебека (QMJHL), выступления в сильнейшем дивизионе России, а также в джерси национальной сборной Украины.

Казалось бы, уже завершив карьеру, три года назад Лазаренко снова вернулся в активный хоккей, став игроком Витязя из родного города Харьков. Но даже пропустив много лет и являясь ветераном лиги, Лазаренко остается одним из лучших бомбардиров и снайперов турнира, а также одним из тех игроков, на которых должны равнять молодые хоккеисты.

Создание УХЛ нынешним летом 40-летний Алексей Лазаренко воспринял с оптимизмом. В конце карьеры ему хотелось поиграть в сильном чемпионате, да еще и дома. Более того, летом даже обсуждалось участие двух харьковских команд в лиге. Но с каждым днем повода для оптимизма становилось все меньше.

— Я как-то назвал Харьков городом-могильником хоккея. Нет до него дела никому…Это так же очевидно, как и то, что Киев — столица Украины. Есть энтузиасты, которые пытаются что-то сделать. А насчет УХЛ, я тешил себя надеждами, что будет сильный чемпионат. Он в принципе такой и есть. Приехало очень много хороших ребят — белорусов, россиян. Но я не думал, что будут такие счета, как есть сейчас, 8-1, 10-1. В частности, наша команда исполняет, сюрпризы преподносит. Такие счета говорят, что уровень чемпионата недостаточно высокий. Сейчас есть две команды, которые выделяются, это Кременчук и Донбасс. Я бы сказал, для них чемпионат закончился. Можно уже проводить финал, и вручать друг-другу кубок. На самом деле это грустно, были большие ожидания, которые как дымка тают.

— Очень мощно в этом сезоне стартовал Кривбасс, но сейчас похоже наметился кризис у команды?

-Я Кривбасс рассматривал с высоты своего опыта, как претендента на медали. Состав достаточно хороший, команда, с которой интересно играть, не просто бей-беги-спасай Украину. Но поражение от Белого Барса стало удивительным. Видно, что команда подсела, они не выдерживают темпа, и потихоньку садятся. Но будет плей-офф, может подойдут в хорошей форме, и дадут бой второй команде.

— Харьков всегда был одной из хоккейных столиц, он дал стране немало хороших хоккеистов. Когда начался упадок?

— Процесс начался со времен развала Союза, я застал последний год игры в харьковском Динамо. Потом развалилась структура, школа по инерции давала людей, но сейчас она очень слабая, и в Харькове, и в Киеве. Нет финансирования, ресурсов, и самое главное — нет людей, тренеров, которые бы работали на результат. Вот посмотрите на молодых ребят, я знаю, что молодежное первенство — 10 игр в сезоне. Это маразм! Хочется задать вопрос федерации хоккея — ребят, вы в своем уме? Для молодого игрока, которому 15 лет, сыграть 10 игр, это как? И мы хотим потом сильных хоккеистов.

Надо менять полностью подход к хоккею в стране, начинать с ДЮСШ. Ни для кого не секрет, что в детских школах родители несут деньги тренерам, и платят за все. Почему нельзя это сделать официально, подвести законодательство под это? Хоккей — недешевый вид спорта, и никто не говорит, что он должен быть бесплатным. Но если платить все официально, найдутся деньги платить за лед, за форму, на тренеров. В Харькове ставка тренера тысячу с чем-то гривен. Зачем ему тренировать за такие деньги? Как мы можем говорить, что он берет деньги от родителей? Конечно, он будет брать, а за что ему жить?!

Если мы хотим в обозримом будущем иметь сильный хоккей и сборную, которая будет играть в элите, нужно всему государству включаться и думать, как выруливать  эту ситуацию. У нас хоккей сейчас как боулинг — экзотический вид спорта. Вот взять Министерство спорта, у них есть градация, кому сколько денег дать. И хоккей не входит в список приоритетных видов. А кто такой министр, чтобы это решать? И как мы потом с таким министром можем иметь сильную сборную, если на весь украинский хоккей в том году было выделено 24 млн. гривен, это, наверное, меньше, чем бюджет Донбасса.

— Вам удалось поиграть за сборную на двух чемпионатах мира в элите, наверное, теплые воспоминания?

— Да, хорошая команда была, все ребята играли в суперлиге, Америке, Европе. Сборная была очень сильная. Саша Савицкий, Вадик Шахрайчук, Рома Сальников, Костя Буценко, Серега Климентьев, Олежка Полковников — не имена, а песня. Перечислять долго можно, что не имя — то история. Все играли в сильных командах, никто не был на вторых ролях…Мы выходили, никогда никого не боялись. Для нас проиграть Великобритании… Да для нас такой страны не было! А сейчас на все это больно смотреть, я понимаю, что таковы реалии…Но я смотрю на молодых ребят в сборной, и я верю, что у них не только деньги в глазах, что понятие страны, флага превалирует над материальными ценностями. Я вижу, как они в чемпионате УХЛ поют гимн, руку держат на сердце, это для них не пустой звук. Значит нужно выходить, биться за свою страну. Должно быть будущее, если государство даст нам хоть чуть-чуть дышать свободнее, в плане финансовом, и хотя бы чуть-чуть начнут развивать это дело.

— В финансовом плане Витязю не позавидуешь. Наверное, тяжело мотивировать ребят играть чуть ли не за идею?

— Есть ребята молодые, которым выйти на лед уже хорошо. А есть средняя прослойка, чуть старше, на которых вот это «Вперед за Родину» и с шашкой, уже не действует. Они говорят, Алексей Михайлович, вам надо — идите играйте, и ничего им не скажешь. У них нет мотивации. У меня вот есть, я люблю это дело, люблю хоккей, поэтому я до сих пор на льду. А они хотят зарабатывать, а я не зарабатываю хоккеем, я зарабатываю другим. И пока они не начнут достойно получать, они так и будут относиться.

Взять вот Генералов, какая команда была, приятно смотреть. Я не ожидал, что она будет такая сильная. Таких легионеров нашли — Петрова, Баскова… Я играл против них и получал удовольствие, они выделялись в нашем чемпионате. Но как перестали платить — все, разбежалась команда. А как может быть команда без денег?! Профессиональный хоккеист, он этим живет, он должен зарабатывать. Ни для кого не секрет, у нас и у Генералов серьезные финансовые проблемы. Но мы выходим, сражаемся, боремся, в меру своих сил. Конечно, нам тяжело противостоять Донбассу, Кременчуку, но я мотивирую ребят, как могу.

— Есть ли в команде ребята молодые, которые вам лично импонируют?

— Руслан Максименко есть, очень хороший парень. Во-первых, очень образованный, эрудирован, с высшим образованием. Я вообще люблю людей образованных, с которыми есть о чем поговорить. Обычно же о спортсменах не сильно хорошо отзываются, вроде, сиди я сам открою. А вот он очень толковый, у него есть жизненные цели, к которым он идет. Во-вторых, я давно не видел людей с таким прекрасным характером. Вот его выделю из всей команды, он мне близок по духу, в плане отношения к делу. Это мой партнер по тройке. Конечно, иногда могу ему и леща дать, на правах старшего (смеется). Но у него горят глаза, а у остальных не всегда… Вот и приходится поджигать (улыбается).

— В команде-то вас как называют? Наверное, по имени-отчеству?

— Мне вот это не нравится, когда все говорят Алексей Михалыч. Даже тот же Рома Сальников, это прям навевает уже, что пора Алексей Михалычу… Штрафную площадку уже песком посыпает.. Когда все говорят — ладно, но когда Роман Иванович такое говорит, уже не очень приятно становится (улыбается). А когда и тренеры так говорят, начинаешь думать, а не переиграл ли я? Что я здесь делаю в раздевалке? Потом к зеркалу подходишь, вроде ничего, как и 20 лет назад, а потом — на тебе, Алексей Михалыч! Я с этим борюсь!

— Вас и сейчас уже все слушают, не думаете ли тренером стать?

— Не могу со льдом вот расстаться, тянет и все. Но я себя тренером не вижу, хотя можно попробовать. Просто я достаточно эмоциональный, и боюсь или игроки будут в больнице или я. Мне больше нравится управленческое направление. Может, менеджером команды или спортивным директором. Потому что я знаю, как это делать, знаю, как развивать, я сам в этом тружусь, у меня и свой бизнес есть.

— Долго ли еще Алексей Михалыч будет выступать?

— В этом году я сказал себе — это сто процентов последний год, как бы он не сложился. Будет ли все хорошо, забью я 383 гола, это не повлияет на решение, все равно закончу. Для меня очень важно было закончить в Харькове, я харьковскому хоккею не отдал ничего, уехал в ЦСКА в 16 лет. И для меня сейчас играть при родных трибунах, в родном городе это дополнительная мотивация.

Я очень хотел привезти медаль в город, но, к сожалению, из-за проблем с финансированием, невозможно собрать команду, которая сможет это сделать. Хотя в начале сезона были все предпосылки для этого. Но в любом случае, для меня принципиально закончить в родном городе, и если вдруг с командой что-то случится, я никаких приглашений принимать не буду, обрублю все, даже в середине сезона. Вот такая у меня принципиальная позиция. Все ее знают, и поэтому особо никуда не зовут (улыбается).

— За годы в хоккее довелось поиграть немало где, что больше всего запомнилось?

— Нью-Йорк Рейнджерс — это космическая организация. Побыть с такими людьми как Марк Мессье, Гленн Хилли, Брайан Линч в одной раздевалке — это дорогого стоит. Но запоминающееся, то, что я не могу из памяти выкинуть — это молодежная сборная Украины, первый сезон в группе А, 93 год…Алексею Михалычу было 17 лет. И мы на мой день рождения, 3 января, играли со сборной США. Там было много звезд, например, Брайан Берард, и мы их смогли обыграть 3:1. Я забил два гола. В Украине у всех был шок, вот это незабываемо. Кстати, на следующий год мы их снова приделали, они у нас сладкие были (улыбается). Команда очень приличная была, 75-78 год…

Годы в молодежной сборной незабываемы. Мой первый приезд. Тогда же развал Союза был, нас сватали в Россию, я тогда однозначно решил, буду за Украину, какой бы она ни была и где бы ни играла, хоть в группе С с ЮАР. Выбора для меня не стояло даже. Олег Твердовский, например, выбрал Россию, а я не смог, хоть и звали. Для меня Украина — это моя страна, Родина,  и никак иначе. Я очень патриотичный человек, в хорошем смысле этого слова. Патриотизм — это же не значит бежать махать флагом, и вырезать тризубец на голове, а потом совершать непонятные поступки. Для меня Украина — моя Родина, и для меня большая честь быть украинцем.

— Не обидно, что выбрали сборную Украины, а поиграли не так и много. Два чемпионата мира в элите, один в группе Б?

— Я к этому философски отношусь. Анатолий Васильевич (Богданов – бывший главный тренер сборной Украины, прим. Sport Arena) не видел меня в своей концепции. Не подошел, так не подошел. Это ж как жену выбирают, хорошая — взял. Он не видел во мне хорошей жены и не брал, а если и брал, то на одну ночь… Периодически удавалось сыграть, когда был у него любимой женой, или выбора не было. Сейчас мы с Богдановым нормально общаемся, но он всегда видел меня в четвертом звене.  Он как-то в интервью сказал «если бы в сборной было шестое звено, я бы взял Лазаренко». Это на тот момент я в Супрелиге забил 25 шайб или сколько, но он тренер, он так видел. Я ни о чем не жалею.

— Леш, вы не похожи на типичного хоккеиста. Читать на фэйсбуке ваши высказывания — одно удовольствие…

— У меня два высших образования — алфавит знаю полностью, и английский и русский. Я очень много читаю, все свободное время, и перед сном, и в дороге, в айпаде больше 500 книг, абсолютно разных. Могу и стихи почитать, если настроение такое, как у Анатолия Васильевича, когда он меня брал в сборную. Стараюсь саморазвиваться, посещаю разные тренинги. Стоя на месте, и смотря один 95-й квартал, тяжело будет чего-то добиться.

— Уже думали, что будет дальше, когда повесите коньки на гвоздь? Управленческая жилка есть, может хоккей развивать поможете  в стране?

— Любовь к хоккею никуда не девается. Когда ты играешь — тебя любят все. Вот закончу, забудут все. У нас же достаточно много хоккеистов бывших, с огромным опытом, которые могут помочь развивать хоккей. Но из всех, кого я видел, только Саша Савицкий выбился и не пропал из хоккея. Нужно привлекать этих людей, но никому это не нужно. Я буду пытаться что-то делать, но я все-таки себя уважаю, если не захотят меня видеть, я не буду бегать и просить «возьмите меня». Мне есть где зарабатывать, я достаточно честный человек, воровать не буду. Просто дайте мне вот эту позицию, я буду ее развивать, но ведь никому это не надо, лучше посадить своих, и все будет как обычно. Есть Климентьев, Житник — люди с огромным опытом, почему их не поставить на руководящие должности? Проблема многих ребят, что закончив с хоккеем, они чувствуют себя ненужными.