Лучший день в карьере Симоне Индзаги? Долго думать не приходится. 14 марта 2000 года. Рим, стадион Олимпико. Лацио — Марсель. 5:1. Четыре гола Индзаги-младшего и незабитый пенальти. Он до сих пор жалеет, что ограничился покером, но, тем не менее, войти в историю Симоне удалось — как первому (и пока что последнему) итальянцу, который забил четыре раза в одном матче Лиги чемпионов.

17 лет назад Индзагино вышел из тени брата — пусть и ненадолго. Пиппо с 46 голами остается лучшим бомбардиром страны в ЛЧ и одним из величайших игроков Италии за все времена. Путь футболиста Симоне получился скромнее, хотя Филиппо и признает, что младший брат был определенно талантливее. Но так сложилось: травмы, невезение, неправильные решения. Впрочем, в шанс наверстать упущенное он вцепился железной хваткой.

В доме семьи Индзаги, в Сан Николо, недалеко от Пьяченцы, в зале стоит огромный телевизор. У Джанкарло, отца семейства, есть традиция — матчи команд сыновей он смотрит сам, без жены Марины. Сегодня к телевизору придется подключить ноутбук: Венеция Пиппо вечером принимает ФеральпиСало, а игры Лиги Про показывают только в интернете. А вот вчера проблем с тем, чтобы найти трансляцию не было: вся Италия видела, как Лацио Моне, младшего сына Джанкарло, вышел в финал Коппы.

Второго июля прошлого года вся страна скорбела: Скуадра Адзурра Антонио Конте уступила в серии пенальти Германии и покинула чемпионат Европы. Симоне с родными отдыхал на море, в Форментере, и разочарование от поражения Италии у него перемешивалось с радостью от новостей другого толка. В тот вечер ему позвонил президент Лацио Клаудио Лотито. Марсело Бьелса не будет работать в клубе. Индзаги не придется тренировать Салернитану в Серии Б — его снова хотят видеть во главе Орлов.

Приняв команду весной, после провала Стефано Пьоли в дерби, Симоне довел ее до завершения чемпионата, но Лотито не рассчитывал на него в следующем сезоне. Бьянкочелести вели переговоры с Хорхе Сампаоли, а затем ударили по рукам с Бьелсой. Моне нашли место в клубе-сателлите, Салернитане. Однако, по словам Филиппо, его брат до последнего верил в чудо. «Никто бы не поставил и цента на то, что он останется, но Симоне постоянно твердил: «Вот увидишь, я буду тренером Лацио». Так что, когда «Эль Локо» Бьелса взял самоотвод, если кто-то этому и удивился, то не Индзаги.

«Знаете, что меня больше всего раздражало? То, как с каким восторгом в прессе писали о возможном приходе Сампаоли или Бьелсы. Я не заслужил такого отношения. Я 17 лет в клубе, а болельщики постоянно жаловались, что в Лацио не осталось настоящих лациале. Лацио — мой дом. Но ни одного заголовка «Как было бы чудесно, если бы остался Индзаги», я так и не увидел», — рассказывал Моне Corriere dello Sport в ноябре. С тех пор отношение к нему изменилось, и римские журналисты щедры на эпитеты, однако Пиппо все равно подшучивает над братом. «Если бы таких результатов добился Бьелса, то его называли бы волшебником! А Симоне… Он просто Симоне».

К началу апреля Лацио набрал на шесть очков больше, чем за весь прошлый чемпионат. Более того, никогда в эру Клаудио Лотито команда после 30 туров не брала 60 пунктов. Позади Орлов миланские гранды и Фиорентина, а до Кубка Италии остался один шаг — финал. На пути к нему Индзаги исполнил еще одну мечту — победил Рому уже в качестве тренера. Он никогда не забивал в дерби, играя за Лацио, и триумф в полуфинале стал своеобразной компенсацией. В конце концов, Симоне думает точно так же, как его игроки, а Сенад Лулич после игры был откровенен: «Соперник по финалу? Не имеет значения. Главной задачей было пройти Рому».

Когда Индзаги спрашивают, что лучше — четыре гола в ворота Марселя или четыре победы с Лацио подряд, он проявляет качества дипломата: «Теперь я тренер, так что радуюсь успехам своей команды». Вчерашнее поражение от Ромы стало для Орлов первым с 28 января, к тому же его можно смело не учитывать — он не помешало бьянкочелести пройти в финал. А в чемпионате Лацио проиграл только Ювентусу, Милану, Роме, Интеру и — совсем неожиданно — дома Кьево. Результаты римлян превосходят самые смелые ожидания, а их матч с Наполи в 31-м туре вдруг оказывается натуральным сражением за третье место — команда Индзаги отстает от южан всего на четыре очка.

Под руководством Моне Чиро Иммобиле показывает такую результативность, какую фаны Лацио не помнят со времен Эрнана Креспо. Представители Ювентуса готовы платить большие деньги за Сергея Милинковича-Савича, а Марко Пароло, словно в честь тренера, впервые в карьере делает покер. В основе Орлов появляются Алессандро Мурджа, Кристиано Ломбарди, Томаш Стракоша — Индзаги воплощает в жизнь мечты болельщиков, которые хотят видеть в составе «своих», и следует советам своего первого алленаторе, Джузеппе Матерацци. «У него я научился важной вещи: доверять молодым — это вовсе не страшно. Я был в команде пятым нападающим, даже не надеялся, что попаду в заявку. Но он поставил меня в основу. С тех пор я знаю, что играют те, кто заслуживает, а не те, кто старше и опытнее».

Он ездит в Мадрид, чтобы посмотреть на тренировки своего старого друга Диего Симеоне, и признается, что хочет стать для Лацио аналогом Алекса Фергюсона. Свен-Йоран Эрикссон, с которым Индзаги в 2000-м брал скудетто, уверен, что Моне может остаться в клубе надолго, что он уже положил начало успешному циклу. Сам Симоне не забегает вперед: «О продлении контракта мы поговорим с президентом, когда подведем итоги этого сезона». То, что не скажут журналисты, прокричат во весь голос болельщики: «Как было бы чудесно, если бы остался Индзаги!»

Сегодня ему исполняется 41 год. Покер в ворота Марселя делал Индзагино, но на тренерской скамье Лацио Индзагино места нет — здесь трудится Симоне Индзаги, состоявшийся алленаторе с большими амбициями, прошедший путь от юношеских команд Орлов до работы с профессионалами. По-прежнему младший брат легенды, но уже во многом превзошедший того, с кого брал пример всю свою жизнь.