Пол Гаскойн: великие тоже плачут

Когда кто-то скажет, что Пол Гаскойн – балагур, пьяница и дурак, собственноручно растранжиривший свой огромный потенциал, то будет, несомненно, прав. Впрочем, если немного поразмыслить, то можно прийти к совсем иным выводам – пусть, Газза и дурак, но безумно талантливый, такой, кто способен одним движением обыграть троих и ввести зрителей, забивших до отказа трибуны стадионов, в форменный экстаз. Вот так и сложилось, что на поле полузащитник был признанным гением и королем, а в жизни, среди друзей, знакомых и партнеров по команде считался откровенным шутом, от которого непременно ждали очередной подколки или жесткого стеба.

Так и было. Иногда Гаскойн издевался над тем, за что бы в условиях современности порицали или, что куда хуже, вышвырнули игрока из любого-другого клуба. Чего стоит выходка Пола относительно Тони Каннингема во времена выступления обеих футболистов за Ньюкасл Юнайтед – дело в том, что Газза решил на день рождения одноклубника подарить тому абонемент в солярий. В чем подвох? Вроде бы и ничего, если бы не тот факт, что Каннингем – негр. Это сегодня негодуют Патрис Эвра и Яя Туре, создаются целые комитеты по борьбе с дискриминацией, ксенофобией и расизмом, ФАРЕ то и дело выискивает нарушителей и отстаивает чьи-то там интересы, а Пол, без малого тридцать лет тому назад, отжигал, как мог.

Измывался, насмехался, дразнил, иронизировал по поводу и без особой на то причины, вмешивался в дичайшие, в какой-то мере эпатажные или немыслимые на первый взгляд, ситуации. Кто пьяным угнал автобус и гонялся по Лондону? Конечно, Гаскойн! Кто, вместо того, чтобы лечиться от алкогольной зависимости, наоборот коллекционировал дорогущий виски? М-да уж, опять Гаскойн! А про весьма «теплые», с налетом пикантности отношения между Полом и Винни Джонсом в народе слагали анекдоты – так сильно любили друг друга оба полузащитника. Казалось, что Газзе все сходило с рук, а любые неприятности он встречал с невозмутимой ухмылкой – будь-то полугодичная травма или наказание со стороны футбольных структур. А чего ему, Полу, расстраиваться что ли?

Игра на публику сделала свое дело – англичанин, ради которого собирался Уайт Харт Лейн и стоя аплодировал Стадио Олимпико, мало-помалу превращался в клоуна. Сам виновник такой реакции общества неоднократно сожалел о том, что его все реже воспринимают всерьез.

«Я хотел бы снова оказаться ребенком. Чтобы мне опять было семь лет. Тогда я в последний раз улыбался искренне, моя улыбка шла от души, потому что я был счастлив. Странно такое слышать от человека, которого все знают как весельчака и клоуна? Но кто сказал, что клоун – это не роль, не маска, а истинное твое лицо? Так, наверное, бывает, но не со мной… Сейчас моя улыбка чаще всего насквозь фальшива, я ношу ее просто чтобы не разочаровать людей. Они хотят, чтобы я улыбался и выворачивался наизнанку. С годами делать это становится все труднее. Когда же я перестал смеяться по-настоящему?..» – сказал Пол.

А вот какой он, настоящий Гаскойн? Честно, а кто его знает? Всегда разный, и не прочь подурачиться, не правда ли? Хотя нет, свое истинное лицо Пол таки продемонстрировал – летом 1990 года.

На итальянский чемпионат мира Газза ехал в качестве крепкого обывателя сборной – ним восхищался сэр Бобби Робсон, хотя это тщательно скрывал, чтобы подопечный окончательно не потерял страх и уважение перед фигурой тренера Трех львов. «Маленькое сокровище» – так окрестил Пола легендарный коуч.

Робсон знал, что говорит – взрывной игрок Тоттенхема мог принести пользу в решающих поединках, вынослив и, что немаловажно, буквально сражался за мяч до финального свистка. Хе, это так! К примеру, Пол в первом же матче в футболке Шпор отвесил оплеуху Арсеналу в виде забитого мяча, а в сборной доказал, что достоин основы, покуражившись в отборе к грядущему ЧМ против албанцев – Робсон выпустил Газзу на 66-й минуте, а тот взял да помог увеличить счет с 3:0 до 5:0. Было понятно – на Апеннинах без Гаскойна не обойтись.

Любопытно, что Пол мог отдельно от коллектива добираться в Италию – перед вылетом в Сардинию, где должна была базироваться национальная команда, игрок вдруг осознал, что забыл паспорт. Что делать? Гаскойна выручил его близкий товарищ Джимми, который на машине всю ночь несся из Лондона в Ньюкасл и обратно, чтобы Пол вместе со всеми отправился на мундиаль.

В Италии Газза успел раньше всех отличиться – нет, не голами, а новой порцией острых шуточек. Ну, представьте себе – организаторы чемпионата мира решили отснять проморолик, в котором каждый из участников той или иной сборной должен говорить на камеру свое имя и фамилию. «F*cking wanker» – так отрекомендовался Гаскойн. Что тут еще добавить?

Стартовала Англия на мундиале не очень – две подряд ничьи с Ирландией (1:1) и Голландией (0:0) отнюдь не внушали спокойствия и уверенности. Пока Робсон ломал голову и переживал накануне последней встречи с Египтом, другой Робсон – Брайан – и Пол вовсю гудели в баре. Чтобы вы понимали – Брайан был капитаном Трех львов, но эта ответственность не помешала ему собрать нескольких игроков, не желающих отсиживаться в отеле, и тайком от тренера отправиться напиваться. Когда сэр Бобби понял, что часть команды нарушила режим, и вызвал за игроками полицию, те стремглав бросились обратно в отель. В конце концов, Гаскойн и Робсон так «оторвались», что последний получил травму – Газза прыгал в номере на кровати, Брайан попробовал сбросить товарища, приподнял кровать, но не рассчитал сил и ножкой раздробил большой палец. Доктор вынес неутешительный вердикт – лидера Манчестер Юнайтед в экстренном порядке доставить домой. За такое можно серьезно получить, однако Гаскойну все было нипочем – он-то в строю! Кстати, по официальной версии, Робсон повредил ахиллово сухожилие.

А что предъявить Полу? Футболист не соблюдает дисциплину, но держится молодцом – он отдал голевую передачу на Райта в игре с Египтом, с его паса забил Платт в дополнительное время бельгийцам и вывел Англию в четвертьфинал. Там на родоначальников футбола ожидал Камерун и Гаскойн вновь не подкачал – игрок так переусердствовал, что сначала «привез» пенальти в свои ворота, сбив в штрафной площадке Роже Милла, но затем исправился и организовал два одиннадцатиметровых удара в соседние, мастерски выведя на позицию Гари Линекера. Гений!

Перед полуфиналом с ФРГ Пол себе не изменил и привычно кутил в баре, попивая бейлис, однако, держа в уме, что Робсон запретил употреблять алкоголь в преддверии такой важной дуэли, пошел на конспирацию – бармен подавал напиток, «загримировав» его под обычный молочный коктейль. Бокал за бокалом, бокал за бокалом, а Газза все еще трезвый – в голове «засели» наставления и слова тренера о том, что ему, Полу необходимо опекать самого Лотара Маттеуса и ни в коем случае нельзя фолить, дабы избежать второй желтой карточки. Кто ж хочет финал ЧМ пропустить?

И Пол послушен – почти весь матч осторожен, не забывает «подчищать», помогает, носится как угорелый, одним словом, живет мечтой о финале. До 98-й минуты – в овертайме он допускает роковую ошибку и в подкате сбивает Томаса Бертольда. Бразильский рефери Жозе Райт неумолим и достает горчичник, Гаскойн – в слезы.

«Когда я только начинал делать первые шаги в футболе, то каждую ночь мечтал о том, что когда-нибудь сыграю на чемпионате мира. В Италии моя мечта сбылась. Когда мне показали желтую карточку, я понял, что все кончено», – поделился впечатлениями Газза.

А вот что рассказал Бобби Робсон: «У меня тогда сердце в пятки ушло. Ведь я сразу понял, что для Пола Гаскойна это был конец — в финале он не сыграет. Это была настоящая трагедия: для него, для меня, для команды, для страны и для всего футбола. Он провел отличный турнир, а в том матче был просто великолепен. Чем важнее была игра, тем лучше он играл».

Для Пола это был конец, независимо от того, пройдет ли дальше сборная. Он хотел попробовать исправиться в серии послематчевых пенальти, но Робсон, побоявшись, что парень совсем расклеится и не совладает с нервами, не позволил Газзе подойти к «точке», а Англия уступила в лотерее и вылетела из состязания. К слову, злополучный «горчичник», показанный Жозе Райтом Полу можно до сих пор увидеть в музее ФИФА.

В том, что Гаскойн заплакал, не было ничего постыдного. Да, конечно, нашлись и те, кто усомнился в искренности Пола, назвав футболиста чрезмерно эмоциональным или даже неуравновешенным, тем, кто с помощью данного поведения лишь давит на жалость рядовых англичан и добивается какого-либо расположения. Например, издание Independent, подводя итоги выступления Англии на мундиале, остановилось на Газзе и, помимо его характеристики и общей оценки, добавило: «Кто, кроме Пола Гаскойна, стал национальным героем и миллионером просто потому, что плакал? Поразительно. Плачь – и весь мир будет плакать вместе с тобой».

И это не единичный случай, поскольку к похожему выводу пришло несколько изданий, которые в порыве негодования обвиняли Пола в популизме – дескать, таким образом, Гаскойн, на волне чувств народных масс, пытается выйти сухим из воды или, как минимум, не сильно марать руки в некой субстанции, состоявшей из критики, хейта и отвращения. Или еще лучше – доктор психиатрии Радж Персавэд так проанализировал эпизод с Газзой: «Это ненормальная ситуация, но никто в футболе даже не задумался об этом. Если, например, игрок в снукер или же гольфист заплачет во время матча, его коллеги отнесутся к этому как к проблеме. Гаскойну нужна была помощь».

Возможно, в чем-то отдаленно доктор и прав, однако для большинства людей – присутствующих в тот момент на стадионе, забивших до отказа пабы или просто сидящих напротив десятков, сотен и тысяч телеэкранов – этот непослушный задира, любящий приложиться к одной-двум кружкам пива в перерывах между таймами стал намного ближе, чем ранее. На счет слез очень правильно и по-философски высказался другой, не менее великий полузащитник, итальянец Андреа Пирло: «Слезы – это демонстрация того, кто ты есть. Это правда, с которой не поспоришь».

Действительно, близость Гаскойна состояла в том, что он вмиг показал всему миру, что также разделяет идеалы, мнения и принципы, нечуждые обычному человеку, переживает и способен на это самое сопереживание. Согласитесь, одно дело, когда перед тобой стоит хоть и знаменитый игрок, но алкоголик, подстрекатель, шутник и нарушитель режима, что, несомненно, создает в болельщицких головах и СМИ определенный, скорее негативный образ, а другое – когда понимаешь, что под маской скрывается такой же, как и ты, человек, со своими личными проблемами. Проблемами, которые была готова разделить целая нация – понять, принять и простить.

«Когда все складывается хорошо, но я понимаю, что скоро это закончится, мне становится страшно — реально страшно. В том матче я не смог сдержать слез», – объяснил Пол.

Слезы стали неким символом, если не всего турнира, так точно персонально Трех львов, ведь кроме грусти Гаскойна, на чемпионате мира были и светлые, также врезающиеся в память моменты, прежде всего, связанные с танцем в исполнении Роже Милла и колоритной сборной Камеруна. В какой-то мере события на Апеннинах оказались поворотными и для Газзы – ему было двадцать три года, он вышел на пик своих возможностей, выложился на сто процентов, но в итоге едва морально не сломался и больше так и не сыграл на ЧМ за все время оставшейся карьеры.

«Больше я так и не сыграл на чемпионате мира. Это было лучшее время в моей жизни, и я не хотел, чтобы оно заканчивалось. Я действительно верил, что мы выиграем тот мундиаль. Тяжело вспоминать такое, ведь сразу думаешь: «Вот это были времена», – откровенничал футболист.

Сэр Бобби Робсон в тот июльский вечер как мог, подбадривал подопечного, но, к сожалению, утешительные слова именитого специалиста не стали пророческими. «Не волнуйся. Ты один из лучших игроков этого турнира. У тебя вся жизнь впереди, и это только твой первый чемпионат мира», – тогда утверждал тренер.

И вот сегодня Полу уже ровно пятьдесят, а за его спиной неоднозначная карьера, богатая как на приятные, так и на удручающие события – его жалеют, боятся, сторонятся, обвиняют в отсутствии духа, даже ставят на нем крест из-за зеленого змия, однако, в свою очередь, перед глазами многих возникает и нечто другое. Да-да, именно тот самый неотразимый паренек из ностальгического прошлого, с волшебным дриблингом, техникой и талантом.

Несмотря ни на что, о нем будут помнить, потому что так уж заведено, что в народе попросту больше любят плохих парней. Будут помнить и его слезы. Ведь великие тоже плачут.