Неизвестный Кучеревский: любимый Аякс, мечты о большом футболе и память, которая всегда с нами

26 августа 2006 года 65-летний Евгений Кучеревский погиб в автокатастрофе. Заслуженный тренер СССР, чемпион и обладатель кубка страны, кубка лиги и суперкубка Советского Союза, бронзовый призер чемпионата и финалист кубка Украины. Человек, успевший поработать в чемпионатах четырех стран и везде оставить след мудрого и понимающего специалиста.

По случаю годовщины гибели Евгения Мефодьевича мы поговорили с его внучатым племянником Вадимом Кучеревским, который после завершения карьеры профессионального футболиста пошел по стопам великого родственника, два года назад начав тренерскую карьеру в столичной детской академии Starward Footyball.

«Еще за месяц-полтора до того дня он поздравлял меня с дебютом в дубле Ворсклы»

– Вадим, каким был Евгений Мефодьевич в обычной жизни? Оставлял ли он тренера за пределами родного дома, или же и в быту все же оставался футбольным человеком?

– Даже когда был еще маленьким ребенком, но все равно видел в нем такого харизматического человека, разговор с которым дорогого стоит. Хотя я и называл его дедушкой, и это было в кругу семьи, но ощущалось, что он не просто так со мной говорит, что живо интересуется моими футбольными делами (а я уже тогда серьезно занимался этим видом спорта). Он погиб, когда мне еще не было и 18-ти. Очень жалею, что я еще не был настолько взрослым, чтобы о многом с ним побеседовать, услышать те слова уже с нынешним жизненным опытом. Теперь, читая интервью его подопечных футболистов, коллег-тренеров, сам узнаю его и словно слышу, как он говорил.

– Он оценивал вас как футболиста? Как бывший вратарь, не призывал вас, полевого игрока, к этому ремеслу?

– Нет, ничего такого. Я в воротах даже и не пробовался, когда начинал – играл атакующего хава. Затем начал играть правого полузащитника, правого защитника. Но в ту пору, наверное, он смотрел на меня еще как на ребенка – помню, когда узнал, что я на одном из турниров себя хорошо проявил и мною заинтересовались Карпаты и Ворскла, он был очень рад. Мы созванивались, дедушка поздравлял меня и говорил, что очень хорошо, что я продолжаю семейное дело.

– А семья Кучеревских – очень футбольная?

– Ну, как… Мой дедушка – родной брат Евгения Мефодьевича – в футбол не играл. Мой папа играл – на любительском уровне (заканчивал ДЮСШ, играл практически на всех полевых позициях). Как и брат мой. Хотя на большом уровне в семье никто не играл, но, можно сказать, семья в футболе уже в нескольких поколениях.

– Евгений Мефодьевич успел вас увидеть в Ворскле?

– Скорее, услышать… Он звонил меня поздравлять с дебютом, поддерживал, когда мне голову разбили и зашивали. Но так вышло, что я успел пробыть в Полтаве всего месяц-полтора, и случилась эта трагедия. Помню тот день, когда это было. Мне позвонили и сказали, что это случилось. Я даже поверить не мог в это! Ездил в Днепропетровск, на похороны. Долго в себя приходил.

«Тема сборной постоянно витала, но…»

– В ту пору, летом 2006-го, Евгений Мефодьевич был уже спортивным директором Днепра, покинув пост главного тренера. Что он говорил? Это был отдых перед новым витком тренерской работы, или же он уже не хотел дальше продолжать в этой профессии?

– Зная его, он не принимал бы на эмоциях какие-то решения. Думаю, он пришел осознанно к тому, чтобы стать спортивным директором.

– Судьба подготовила Евгению Кучеревскому много испытаний, да и побросала его тренерская доля и в Москву, и в Элисту, и в Тунис, и в Волгоград. Как часто при этом он бывал в родном Херсоне?

– Честно говоря, не помню, чтобы он приезжал в Херсон. У него ведь была семья, жил он не здесь, да и футбольная карьера – это постоянные разъезды. Это мы к нему в гости в Днепропетровск ездили. Он очень любил те минуты, которые можно было посвятить семье и в спокойной обстановке посидеть, поговорить. Так как он был достаточно занятым человеком, времени было не так много и нужно было его особо ценить.

– Кто вам больше всего нравился в его последнем Днепре?

– Мне нравился очень Ротань – он тогда был еще молодой, очень амбициозный и креативный – такой он и остается. За бойцовские качества Шелаев очень нравится.

– Евгений Мефодьевич ваши впечатления разделял, или сетовал что, мол, им еще «учиться и учиться»?

– Команду свою он очень любил. Но да – действительно, он не тот был человек, который мог остановиться на достигнутом. Медали, выход в финал, победы в еврокубках – это хорошо, но он все время хотел большего. Считал, что если команда остановится и потеряет вдохновение – то уже через сезон может опуститься и больше ничего не показать. Поэтому он постоянно работал над собой, над командой и над каждой личностью в своей команде.

– Нет ли у вас такого досадного ощущения, что Евгений Кучеревский так и не успел поработать со сборной Украины?

– Да, если честно, очень досадно. Было бы здорово, если бы он поработал с нашими сборными, с нашими молодыми футболистами. Он ведь постоянно бывал на матчах не только основных, но и дублирующих составов. Прекрасно знал всю молодежь. И очень любил работать с талантливыми начинающими футболистами – он ведь, кстати, в России с местной юношеской и олимпийской сборной работал.

Скажу так: тема сборной Украины постоянно где-то витала, насколько я знаю – даже были какие-то разговоры и моменты, когда его могли поставить на эту работу, но что-то постоянно не срасталось.

«На бульваре Евгения Кучеревского бывать тяжело, но ощущаешь гордость…»

– Каким был Евгений Мефодьевич в минуты отдыха?

– Приятный собеседник, отличный рассказчик. У него был загородный дом – со своей женой Тамарой Васильевной он очень любил там проводить время, мы к ним приезжали в гости. У него была любимая собачка – Аякс. Был разносторонним человеком, интересовался многими темами – не только футболом. Но, конечно, любимая игра была увлечением №1 – он относился к футболу не как к работе, а как к любимому делу, образу жизни.

– Знаю вас как главного тренера одной из киевских футбольных академий, видел в игре за дубль Ворсклы и ФК Полтава, новокаховскую Энергию, черкасский Славутич, херсонский Кристалл, да вот недавно – за аматорский коллектив Мелиоратор (Киев). Переход на тренерскую карьеру дался легко?

– Я закончил рано – уже лет в 25, повлияли травмы, но дедушка как-то вдохновил на тренерскую карьеру – захотел тоже попробовать. Хочется, чтобы этот потенциал молодых игроков удавалось реализовать. Но надо поставить поля, новые подходы, обучение для тренеров на национальный уровень. И тогда лет через 10, 15 будет и результат. Германия ведь тоже это не сразу настраивала…

– Верите в то, что мы можем повторить их путь?

– Да, почему нет? Чем мы отличаемся от тех же немцев? Да, у бразильцев, испанцев, португальцев от природы дана пластика, они круглый год могут работать над техникой. А мы – такие же, как и немцы. Грубо говоря, «квадратненькие» – надо над остановкой мяча, мягкостью в обращении. Но зато мы атлетичные, сильные. Надо просто создать систему для детско-юношеского футбола, чтобы развивать то лучшее, что есть у юных игроков.

– Посещали места Евгения Кучеревского в Днепре?

– Да, побывал на бульваре Кучеревского. Тяжело находится там и знать, что это на честь твоего родственника, имя которого скандировали стадионы. Тяжело, но гордо.

– А в Херсоне память знаменитого земляка как-то увековечили? Может, есть турнир памяти?

– Нет. Это в Днепре Мемориал Кучеревского ежегодно проводят…

Фото из семейного архива Кучеревских.