Питер Крауч, Getty Images
Перевод Sport Arena
Перед Питером Краучем раскинулись просторы западного Лондона. Вдали за летним туманом прячется место, где он вырос, и футбольный стадион, на котором Питер дебютировал как профессионал. На горизонте также маячит обугленный каркас Гренфелл Тауэр.
«Один из моих лучших друзей — пожарный, он был там на следующий день, — говорит Крауч, родной дом которого находился в пяти милях от квартала, где 14 июня в огне умерло более восьмидесяти человек. – Грегг рассказывал страшные вещи. Пожарные были совсем близко, но не могли спасти людей. Смерть, разрушенные семьи — это ужас».
«Многие до их пор не могут оправиться после трагедии. Несколько дней назад моя мама проезжала мимо и позвонила мне сказать, что ей просто не верится. Очень хочется как-то помочь, но как?»
Именно ради этого — чтобы хоть как-то помочь — в ближайшую субботу Крауч и отправится на Лофтус Роуд, где КПР проведет благотворительный матч Game4Grenfell.
«Футбол может помогать людям, — говорит форвард Стока. — Капитанами команд будут два легендарных игрока — Лес Фердинанд и Алан Ширер. И я тоже смогу сыграть, ведь встреча пройдет во время перерыва на матчи сборных, а сборная — это уже не для меня».
«К тому же мне приятно будет вернуться в КПР, где у меня все и начиналось».
Не все воспоминания Крауча о Лофтус Роуд можно назвать приятными. Летом 2000 года в возрасте 19 лет Питер подписал контракт с клубом КПР из второго дивизиона, так и не пробившись в состав Тоттенхэма.
«Это был не лучший период в моей карьере, — вспоминает он. — Даже из-за моего внешнего вида люди относились ко мне с предубеждением. Никто не верил, что я буду хорошо играть. Но и я их прекрасно понимаю — при моем-то росте я весил примерно 50 килограммов».
«Мне даже на разминке было сложно найти себе место — надо мной смеялись и свои, и чужие болельщики. Но домашний матч с Джиллингемом я помню, будто это было вчера».
«В нескольких предыдущих матчах я не забивал в стопроцентных моментах, так что меня оставили на скамейке запасных. Но по ходу матча тренер сказал, чтобы я переодевался, и я услышал кого-то из болельщиков: «Нах*** ты его выпускаешь?» Мы проигрывали 0:2, но болельщики все равно не хотели, чтобы такой форвард выходил на поле. Одну из первых подач я принял грудью, и когда мяч упал на землю, я поскользнулся. Весь стадион просто завыл от отчаяния. Но потом я просто махнул ногой и пожалуйста — мяч в сетке».
«Вот это было чувство. Чуть позже я отдал голевую передачу, и фанаты просто скакали от счастья. В тот вечер мое отношение к игре изменилось навсегда».
Крауч остался в команде до конца сезона, забил двенадцать мячей и был признан лучшим игроком команды.
«Теперь я понимаю, что это, наверное, был самый важный гол в моей карьере».
Мы проводим нашу беседу с Питером в пабе The Queens у подножья горы Примроуз. «Мне хотя бы не надо карабкаться на вершину, чтобы оценить пейзаж», — улыбается он. Этот район, как и многие другие, когда-то был домом для 36-летнего футболиста.
Практически сразу после рождения сына его тогда еще совсем юные родители переехали из Макклсфилда в Сингапур. Позже, с трудом избежав похищения партизанами-коммунистами на отпуске в Малайзии, они вернулись в Лондон. Семье негде было жить, и они целых полгода провели в хостеле на Тоттенхэм Корт Роуд.
А Питер тем временем нехило подрос и уже в первом классе был в прямом смысле на голову выше ровесников. Это начало привлекать внимание, причем далеко не всегда приятное.
«Я был самым высоким. Это помогало мне. Но если ты хоть как-то отличаешься от других в школе, над тобой обязательно будут смеяться. Поэтому приходится учиться вести себя так, чтобы люди смеялись над тобой только один раз».
«А уж футбольные фанаты… Их грубость и злость нужно ощутить на себе, словами это не передать. Но это тоже закаляет, готовит к трудностям в жизни».
Может показаться, что Крауч всегда находил способ справиться с вызовами, которые ему преподносила жизнь. Вот, к примеру, случай, когда родители — Брюс и Джейн — заставили его сдать экзамен для поступления в частную школу. К тому времени отец Питера уже сделал успешную карьеру в рекламе.
«Мне было просто плевать на тот экзамен, — говорит Крауч. — На половину вопросов я даже не ответил — я не собирался идти в такую школу».
«И это было лучшее решение в моей жизни. Там меня бы заставили играть в регби: посмотрите на меня — я бы не продержался там и двух минут». А вот с теннисом у Питера проблем не было. И в 14 лет ему пришлось выбирать, с каким спортом он намерен связать свое будущее.
Уэмбли или Уимблдон — куда его зовет мечта?
«Думаю, я бы мог стать профессионалом — бросился бы с головой в теннис, так же, как и в футбол, — говорит Крауч. — Подавал я божественно. Сложнее было, когда мяч прилетал обратно. Я всегда надеялся, что этого не случится. Так что, наверное, я все-таки сделал правильный выбор».
В принятии этого решения Питеру помог и сезон на Стамфорд Бридж несколькими годами ранее. В начале 90-х домашняя арена Челси выглядела совершенно иначе. Мало того, что машины были припаркованы прямо за воротами, так еще и болбой был ростом под два метра.
«Постоянно приходилось лезть руками под эти чертовы машины, как будто мы в парке играли, — вспоминает Крауч. — Как-то наши проигрывали, и Гарет Холл наорал на меня за то, что я слишком долго не мог достать мяч. А когда наши отыгрались и повели в счете, Дэннис Уайз злился уже за то, что я подаю мяч слишком быстро! Просто стоял и смотрел в мою сторону — странное зрелище. Но это были прекрасные времена. Тогда я и понял, что хочу стать частью всего этого».
«Если бы мне нужно было показать своим детям один-единственный матч из моей карьеры, то я бы выбрал матч за Ливерпуль против Арсенала, когда я сделал хет-трик, — говорит Крауч, которого Рафа Бенитес в 2005 году подписал из Саутгемптона за 7 млн фунтов. И уже в следующем году в победном матче с Канонирами Питер подарил болельщикам великолепную тройку — удар левой, правой и головой. – Чудесное было время. Мы закончили сезон на третьем месте, дошли до финала Лиги чемпионов, и я стал первым футболистом, который забил десять мячей в футболке сборной Англии за календарный год в послевоенный период. Единственное, о чем я жалею, — это то, что мы не выиграли чемпионат мира в 2006-м. Это был наш год. Я до сих пор не могу понять, как мы умудрились даже не пробиться в финал. Я всегда переживал невероятные эмоции, надевая футболку сборной и каждый раз верил, что мне удастся забить».
Вряд ли можно сказать то же самое о первых четырех месяцах Питера на Анфилде, когда его голевая засуха затянулась аж на 24 футбольных часа.
«Каждая газета, каждая футбольная передача — все говорили об этом. Я чуть с ума не сошел, — говорит Питер. — Мне просто не хотелось выходить на улицу до тех пор, пока я не забью. Но отец тогда сказал мне: «Послушай меня, тебе нельзя прятаться дома и убегать от проблем». Поэтому он брал меня с собой на пьянки… Не забывайте, что голевая засуха была долгая, так что под конец я уже практически спился!»
«После матчей мы шли в паб, пропускали по паре бутылочек пива и говорили обо всем на свете. Я, конечно, не стал бы советовать другим такой способ решения футбольных проблем, но мне тогда это очень помогло. Папа был просто молодец».
Уже вечер, солнце село — может, по пивку?
«Нет, спасибо, я же спортсмен или как?» — отвечает он с нотками сарказма в голосе. Несложно понять, почему Крауча так любят даже там, где он не играл.
В январе Питеру исполнится 37. Не время ли задуматься о завершении карьеры?
«Ни в коем случае, — отвечает он. — Буду играть до сорока. Я и сейчас могу делать все то, что и раньше — скоростью-то я никогда не блистал. Мне нравится играть, я не пропускаю ни одной тренировки. К тому же домашняя работа — это намного труднее. Вот вам и причина играть в футбол как можно дольше!»
Крауч недавно две недели отработал в качестве диджея на Radio X. Возможно, после завершения карьеры он продолжит развиваться и в этом направлении. «Я обожаю музыку, это настоящие эмоции, — Питер вспоминает, как толпа носила его на руках на концерте Kasabian. — А когда я согласился работать на радио, то поставил условие: в эфире будет звучать только то, что я захочу».
И какая же песня стала первой?
«Я решил начать с проверенного варианта: Oasis — Live Forever», — улыбается он.
Сам собой напрашивается и вопрос о тренерской карьере. «Конечно. Я работал под руководством великолепных тренеров, повидал много хорошего и плохого. И вот уже лет десять я часто думаю над тем, как играла бы моя собственная команда».
«У меня большой опыт, меня окружают правильные люди. Я не хочу просто так бросать футбол — он для меня слишком важен».
На этом месте наш разговор перетекает в другое русло. У Крауча есть один совет для нынешних молодых игроков. Он делает глубокий вдох и начинает: «Ребята вроде Уэйна Руни и Стивена Джеррарда всегда были готовы играть на высочайшем уровне. Но это скорее исключения, чем правила. Я, например, не такой. Мне пришлось очень много и упорно трудиться. Меня отправляли по арендам в Далвич Гамлет и второй шведский дивизион. Там было трудно, но я становился сильнее. Я не был готов к Премьер-лиге до 23 лет. Но я не сдавался».
«Многие молодые ребята считают, что играют в важных матчах, например, против Манчестер Юнайтед U-23. Но это не так. Нужно вытянуть себя из зоны комфорта. Почти всем игрокам в приличных академиях платят неплохие деньги, и это может серьезно повлиять на мотивацию. Ведь можно зарабатывать на жизнь, не делая практически ничего. Зачем переться в какую-то нон-лигу? Лучше ведь играть на Олд Траффорд. Но те, кому удается вырваться и развиваться дальше, обязательно добиваются успеха».
«Не хочу показаться старпером, но я терпеть не могу, когда молодежь выкладывает видео с тренировок в инстаграм. Они снимают, как бегут под гору или поднимают гантели, подписывают это большими буквами: «НИ ДНЯ ОТДЫХА». А я вижу, что на тренировках они даже ногу поднять ленятся, не говоря уже о том, чтобы пойти в качалку. Это в соцсетях у них отдыха нет, отдыхают-то они на тренировках. Все это сплошная показуха».
Молодежь Сток Сити прислушивается к своему ветерану. В клубе есть пять победителей Лиги чемпионов, но ни один из них не сравнится с Краучем и его более чем 700 матчами, 104 голами в Премьер-лиге и 22 голами в сборной.
Так сколько бы стоил Питер Крауч в свои лучшие годы на сегодняшнем трансферном рынке?
«Я не хочу вешать ценник на свою карьеру», — отвечает он.
Ну ладно, мы сделаем это за него: возможно, 30 млн фунтов?
На это предположение Крауч отвечает резко и не раздумывая: «Английский центрфорвард, забивающий в Лиге чемпионов… Да сейчас по 10 млн раскупают ребят, которые и в Премьер-лиге-то почти не играли. А вы говорите 30 млн. Я бы стоил гораздо больше!»
Источник: Sportarena.ua
