Король Эрик. Чей рекорд побил Серхио Агуэро

Если в красной части Манчестера некогда блистал Кантона, то вот в соседней команде, окутанной сиянием голубой луны, особым поводом для гордости издавна считался мистер Брук. Тоже Эрик, тоже форвард, тоже игрок, обладающий звездным статусом и бесспорным авторитетом – разница заключается лишь в том, что представитель Горожан никогда не бросался ни на фанатов, ни неоднозначными фразами о чайках и траулере. И да, лучшие дни нашего героя пришлись на 30-е годы прошлого века – именно он стал тем человеком, как раз стоявшим у истоков громких побед Сити и принесшим клубу первые золотые медали чемпионата Англии в его истории.

Тем не менее, несмотря на культовость футболиста, надо признать, что о нем вспомнили только сейчас, да и то ввиду надвигавшегося рекорда Агуэро. Перешагнув черту в сто семьдесят семь голов, аргентинский нападающий действительно стал олицетворением современного Манчестера, однако это нисколечко не мешает нам отдать уважение минувшей эпохе, где ключевой фигурой являлся, конечно же, Эрик Брук. Мы, естественно, ни в коем случае не будем бросать камень в огород южноамериканского бомбардира, но рискнем предположить, что значимость англичанина все же чуточку больше. Почему? Ну, кроме того, что уроженец поселка Мексборо добыл для Горожан парочку важнейших трофеев, он, во-первых, помог команде оправиться от тягот Второго дивизиона, а во-вторых, поспособствовал тому, чтобы она постепенно выбилась в лидеры, или, как минимум, прочно обосновалась в английской элите. Согласитесь, Серхио, как и остальная братия, купленная за баснословные деньжищи – чисто продукт шейхов, готовых из года в год приносить на условный алтарь жертвы в виде многомиллионных инвестиций. Не корми арабы так щедро трансферный телец, то кто знает, по какому пути на сегодняшний день двигались бы подопечные Хосепа Гваридолы? Да и считается ли Кун таким незаменимым, каким был Брук? Держа в уме тот факт, что с появлением на Этихаде Габриэля Жезуса вполне допускался вариант ухода Агуэро (неизвестно, что бы произошло, если бы бразилец в феврале не выбыл из строя на несколько месяцев из-за перелома плюсневой кости), то, думаем, тут ответ достаточно очевиден.

Знакомство Эрика с коллективом, которому он отдал одиннадцать лет своей жизни, случилось, когда пареньку «стукнуло» двадцать лет. Не будем скромничать, а просто скажем – на момент перехода, состоявшегося в сезоне 1927/28, Брук воспринимался в качестве одного из самых быстро прогрессирующих исполнителей Туманного Альбиона. Воспитанник местечкового, уже не существующего полулюбительского клуба Уот Атлетик в 1925 году был подобран скаутами Барнсли, разглядевшими в перспективном мальчишке неограненный алмаз, что пылился на улицах пятнадцатитысячного городишка. В итоге в прогнозах Бродяги оказались верны – юноша и в правду обладал недюжинным талантом, так что вскоре ему выпала возможность заявить о себе на просторах Второго дивизиона. Неоспоримым козырем Эрика, повлиявшим на стремительное развитие его карьеры, была вариативность – начинал юноша в роли левого фулбека, позже стал действовать в полузащите, пока не нашел себя на позиции крайнего форварда. Впрочем, и это еще не все – как уверяют источники, игроку довелось даже трижды побывать в рамке ворот. Об одном из таких эпизодов поведал легендарный голкипер Сити Фрэнк Свифт, вспомнив о том, как он травмировался в дуэли с Челси, и Брук первым вызвался, чтобы занять место на «ленточке». «Прежде чем меня вынесли на носилках, Брукки успел стащить с меня футболку – на два размера больше, слишком большую для него – но он все равно был готов отражать мячи», – рассказал страж ворот.

Помимо разноплановости футболист владел хорошими физическими данными, скоростью и хлестким, «одним из мощнейших ударов в своем поколении» – как факт, в 78 встречах, проведенных в рядах Барнсли, Брук отличился 28 точными ударами. Кто-то возразит, что это, мол, весьма скромно, но погодите-ка – статистика, накопленная за два с половиной сезона, очень убедительна, учитывая возраст и функционал нападающего. Эрик любил удивлять оборону соперника неожиданными кроссами, рывками в штрафную зону, радовал пониманием коллективной игры и отдавал пас в любой выгодной, требующей того ситуации – то есть, располагал теми качествами, что в результате возвели его в ранг лучшего игрока саут-йоркширцев.

Вот как описывал Брука и сравнивал его с супербомбардиром Престона Томасом Финни великий Томми Лоутон: «Эрик Брук был полной противоположностью Тому Финни. В то время как Финни был изящным, то Брук даже не претендовал на изысканность. Он был полнокровным охотником, который любил гнаться к воротам».

Немудрено, что Бруком всерьез интересовались обыватели Первого дивизиона, но в марте 1928 года своевременно подсуетился Манчестер Сити и перехватил юное дарование, выплатив за него и центрфорварда Фрэда Тилсона 6 тысяч фунтов. К слову, это очень и очень приличные деньги, тем более для второй по значимости английской лиги. Чтобы вы понимали реалии тогдашнего рынка, то самой дорогой сделкой в мире была покупка Сандерлендом инсайда Бобби Келли из Бернли за 6,5 тысяч фунтов. Да и то – летом 1928-го рекорд обновился после того, как культовый менеджер лондонского Арсенала Герберт Чепмен хитростью переманил на Хайбери страйкера Болтона Дэвида Джека за 13 тысяч.

Мог ли Барнсли отказаться от таких средств? Для Бродяг, из года в год прозябавших в середине турнирной таблицы, они уж точно не были лишними. Так что выиграли обе стороны – Суперкрасные набили карманы звонкими монетами, а Сити заполучил дуэт исполнителей, вследствие окончательно сформировавших одну из самых эффективных и забивных связок Англии. Да, Брук переметнулся в клуб, также обитавший во Втором дивизионе, однако в этом были и свои плюсы – Голубая луна на всех парах неслась навстречу повышению в классе, вдобавок в приобретении парня был лично заинтересован коуч Питер Ходж. Отметим, что Эрик попал именно в ту среду, где можно и нужно совершенствоваться – в рядах Манчестера числились такие звезды, как Фрэнк Робертс, Томми Джонсон, Сэм Коуэн (троица периодически вызывалась в стан Трех львов), Билли Остин, до скрежета зубов ненавидимый англичанами «волшебник Уэмбли», капитан сборной Шотландии Джимми Макмаллан, воспитанник Мэтт Басби (да, будущий тренер МЮ) и другие. Смотря на собравшуюся компанию, неудивительно, что Ходж финишировал на первой строчке – с таким-то имеющимся арсеналом еще надо постараться завалить поставленные задачи!

К основе Брук подпускался плавно – до конца розыгрыша 1927/28 он принял участие в 12 поединках и положил начало забитым голам, присоединившись к перестрелке с Клэптон Ориент, закончившейся со счетом 5:3 в пользу Горожан. А вот со стартом нового сезона Эрик закрепился в числе ведущих игроков, отыграл почти все 42 матча первенства от звонка до звонка и настрелял 14 мячей. Еще одна важная деталь, лишний раз подчеркивающая профессионализм Брука – это стабильность. Его миновали серьезные травмы и повреждения (кроме одного, о котором мы поговорим чуточку позже), что позволило нападающему столь быстро стать незаменимым звеном Сити и любимчиком Мейн Роуд.

Поступательная работа с Эриком и остальными членами команды принесла Ходжу желаемые плоды – не исключено, что на это повлияло то, что в пару к Бруку был приставлен правый аутсайд, «футбольный Джесси Оуэнс» Эрни Таузленд. Как вы догадываетесь, фишкой Таузленда была атлетичность и скорость, так что он стал прекрасным дополнением к Брукки и Тилсону. Молниеносные проходы Эрни по кромке поля, точность Эрика и пушечный удар старины Фрэда кардинально преобразили Манчестер – на финише чемпионата 1929/30 Горожане оказались третьими. Вдобавок Брук подкорректировал свои показатели – 16 голов хватило для того, чтобы стать лучшим голеадором Сити в сезоне.

Можно лишь представить разочарование фанатов, наблюдавших за тем, как уже в следующем розыгрыше Первого дивизиона их кумиры посыпались и свалились на девятую строчку (Эрик повторил прошлогодний результат в 16 мячей, но, к сожалению, не спас ситуацию). Стагнация продолжилась и в сезоне 1931/32 – Ходж, теряя нити управления раздевалкой, понимая, что не клеится в лиге, сделал ставку на Кубок Англии. Коуч фактически на горбу Брука дошел до полуфинала, но, уступив Арсеналу (единственным голом отличился товарищ Эрика и конкурент по сборной, неповторимый Клифф Бастин), Питеру закономерно указали на дверь.

Вакантное кресло менеджера досталось Уилфу Уайлду. Наставник не стал выдумывать мухи из слона, а наоборот сделал из Брукки свободного художника – теперь футболист не был прикреплен к конкретной позиции, а играл так, как ему вздумается, только бы это помогало по ходу матча. Историки уверяют, что Эрик чем-то напоминал Нандора Хидегкути – и это несмотря на то, что Густав Шебеш придумал амплуа блуждающего центрфорварда для венгерского полузащитника в 1952 году во время Олимпийских игр в Хельсинки.

«Наверняка Эрик был одним из самых невероятных персонажей, с которыми я когда-либо играл. Не так много, как бы хотелось, но все время он напоминал динамит», – подчеркнул вышеупомянутый Свифт.

Эрик и впрямь расцвел по-новому – команда, хоть и по-прежнему позорилась в первенстве (об этом красноречиво говорило шестнадцатое место и всего четыре очка от зоны вылета), но все равно Брук приложил руку к тому, чтобы в сезоне 1932/33 Сити запрыгнули в финал КА. Более того, футболист забил шесть голов в семи встречах, благодаря коим Манчестер преодолел Гейтсхед, Уолсолл, Болтон, Бернли и Дерби Каунти. В решающей же дуэли Брук и его коллеги походили на бледную тень – в итоге Эвертон с Дикси Дином смел Горожан 3:0.

Как ни странно, но разгром сплотил Сити – спустя год мотивированный, по-спортивному злой коллектив со второй попытки завоевал желаемый трофей. В финале Горожане победили Портсмут 2:1 – дублем разразился Тилсон, причем второй мяч залетел в сетку ворот с передачи Брука.

Встав на ноги, подопечные Уилфа наконец-то снова вклинились в борьбу за золотые медали Первого дивизиона. Помимо Кубка в том же сезоне 1933/34 им покорилась пятая строчка, а в следующем – четвертая позиция. Очень неплохо, хоть и недосягаемо до главного фронтмена в лице Канониров – попробуй тут что-то выдвинуть Чепмену и его последователям с их-то инновационной тактикой W-M! Как это ни прискорбно, но в некоторой мере Горожанам поспособствовала смерть великого мэтра – после потери Герберта Арсенал вынужденно послабил хватку и сначала был сброшен с трона Сандерлендом, а затем и Ман Сити.

В чемпионском сезоне 1936/37 Брук был как никогда прекрасен – он, будто гениальный дирижер, руководивший оркестром, вышел на пик своей формы и сыграл определяющую роль в выигрыше Первого дивизиона. Кто-то скажет, что победа была бы невозможна без присутствия Питера Дохерти, приобретенного накануне старта розыгрыша у Блэкпула за 10 тысяч фунтов стерлингов, ведь новичок пришел на новое место и без какой-либо раскачки отгрузил аж тридцать два гола. Эрик забил на десяток меньше, но стал именно тем, кто помог Питу так быстро адаптироваться.

Триумф Брука стал как его наивысшей точкой, так и лебединой песней – через год свершение было забыто, поскольку МС с оглушительным треском вылетел во Второй дивизион.

Впрочем, к чести Эрика, ему было плевать на понижение в классе. Плевать в том смысле, что он готовился и дальше защищать цвета любимого коллектива, а не прятать голову в песок и куда-то там уезжать. Только вот вернуть Сити на прежнюю высокую ступеньку легенде помешали обстоятельства, поставившие крест на выступлениях футболиста на профессиональном уровне. Ему не хватило сезона для того, чтобы вновь приобщится к элите, а в стартовавшем розыгрыше 1939/40 исполнитель успел появиться в трех матчах, но затем чемпионат был приостановлен ввиду вступления Англии во Вторую мировую войну. Но и это не главное, ведь и в военные дни проводились матчи – беда состояла в том, что вскоре Эрик угодил в автокатастрофу и перенес перелом черепа. Вердикт эскулапов безжалостен – со спортом теперь придется завязать. Навсегда.

Для тридцатидвухлетнего Брука данное известие стало настоящим шоком и драмой, вывернувшей его последующую жизнь наизнанку. Пройдя курс реабилитации, он все же рискнул возобновить карьеру, но быстро осознал, что дело безнадежное – при каждом приеме и ударе мяча головой в глазах темнело и весь окружающий мир, казалось, трещал по швам.

Многие из знакомых партнеров Брука тоже не смогли вернуться к привычному для них укладу жизни. В основном, из-за ужасов войны, увиденных и пережитых на фронте – Эрик же не воевал вовсе, однако решающий бой безоговорочно проиграл. Он работал шофером автобуса, крановщиком, открывал собственный паб в западном Йоркшире, но по-прежнему не чувствовал себя в своей тарелке. Невыносимо тянуло на стадион, привлекал шум трибун, хотелось вновь попинать мяч и купаться в лучах славы…

В конце марта 1965 года в возрасте 57 лет Брука не стало. Он ушел довольно молодым, с горечью в сердце и недосказанностью – сколько бы еще он наколотил голов в майке Сити и как бы сложились пазлы его судьбы, если бы не злополучная травма?

В понимании этого факта даже присутствует некая холодная красота. Чего стоит преодолеть планку такого человека и переписать достижение, продержавшееся на страницах истории и в клубных анналах целых семьдесят восемь лет? Человека, искренне любившего игру и без которого, возможно, МС так бы не стал тем клубом, коим мы видим его сейчас.